Текст: Щербина Виктор Николаевич



Идентичность личности в условиях культурной многоукладности общества

Автор в Strategic Group Sofia

"Человеческое общество, вся культура и вся

цивилизация в конечном счете есть не что иное,

как мир понятий, застывших в определенной форме

и определенных видах..."
П. Сорокин
В статье рассматривается проблема изучения процесса формирования идентичности в условиях современных обществ, которые обладают свойствами культурной многоукладности. Автор предлагает инновационный концепт понимания процесса социализации личности как активного конструирования идентичности в многомерных средах социализации. Эти среды обладают признаками различных культурных укладов – архаического, традиционного, модерного и коммуникативного. Нормы и ценности, которые усваивает индивид в процессе социализации, интерпретируются в рамках культурных укладов различным образом, что создает неопределенность в их трактовке конкретным индивидом и определяются в процессе его социальной активности. В статье также представлены результаты социологического исследования, проведенного с использованием аналитических инструментов, разработанных на основе авторской концепции. На основе анализа полученных эмпирических данных сделан вывод о наличии эвристического потенциала данного подхода.

«Личность» как общенаучный и жизненный термин означает понятие, имеющее два смысла. Во-первых, это человеческий индивид как субъект отношений и сознательной деятельности и, во-вторых, это устойчивая система социально значимых черт, характеризующих индивида как члена того или иного общества или общности. В психологии под личностью подразумевается также некоторое ядро, интегрирующее начало, связывающее воедино различные психические процессы индивида и предоставляет его поведению необходимую последовательность и устойчивость. В зависимости от того, в чем именно усматривается такое начало, психологические теории личности подразделяются на психобиологические (У. Шелдон), биосоциальные (Ф. Олпорт, К. Роджерс), психосоциальные (К. Адлер, К. Хорни и другие неофрейдисты), психостатичные («факторные») - (Р. Кеттел, Д. Айзенк и др.). Исходя из указанных теорий осуществляется и типологизация личности. Различают конкретно-исторические типы личности, идеальные типы, соответствующие определенным теоретическим концепциям, а также эмпирические группировки обследованных лиц. В социологии выделение и существование различных социальных типов личности связывается с особенностями и характеристиками общественно-экономических формаций (например, классовые, социально-групповые типы личности). Категория «социально-исторический тип личности» используется для обозначения некоторых совокупностей характеристик личности, обусловленных той или иной исторической эпохой, социальной структурой общества. В психологии распространены типологии, учитывающие преимущественно личностные показатели (свойства и черты индивидов, порождаемые присущими им ориентациями. Такова, например, типология К. Юнга, включающая типы личности, выделенные с учетом таких признаков, как сензитивность, способность к мышлению, переживания оценки, интуитивность, экстравертная или интравертная направленность. Наряду с этим существует и типология, предложенная Эрихом Фроммом, которая выделяет определенные элементы личности: накопление, ориентация на обмен, восприятия, использования и др. Отзвуки персонологических классификаций можно обнаружить во многих социально-психологических типологиях, в частности при построении типологии личности по признаку конформности личности относительно норм группы и общества, типологии направленности и управляемости личности.
Социализация личности является одним из фундаментальных процессов образования социальных связей и формирования социальной структуры общества. В этом смысле не только «общество» «состоит» из «индивидов» ( буквально «неделимых» частичек социального), но и «индивиды» «состоят» из «общества» – это понятия-абстракции одного порядка, раскрывающие способность человека бытийствовать, мыслить особый уровень человеческого бытия и практически действовать в нем.
Понятие «личность» в наиболее широком смысле как раз и фиксирует эту взаимную обусловленность, отражая интегральное социальное свойство человеческого индивида в социальной реальности. Это свойство отличает собственно человека от животного также обладающего свойством своеобразной социальности, также включенного в человеческий мир, но не бытийствующего в качестве личности – ведь не столько «мир» определяет человека, но и человек определяет качества явлений мира. (Древняя индийская мудрость «это – ты» позволяет отдавать себе отчет в том, что аналитическая процедура разделения человека и мира имеет свои относительные пределы, помнить, что выделение человека в мире – момент познавательного действия в контексте практического осуществления человеческой сущности, онтологически же человек и мир суть единое.) Следует не забывать также, что личность, кроме общих, сущностных, всегда имеет также конкретные исторические черты, являя собой некий данный конструкт, отличающийся от других, подобных. Его и исследуют собственно социальные науки, двигаясь по пути выработки знания от абстрактного (выработанного в философии) к конкретному, здесь-и-сейчас данному явлению личности. Структура общества и структура личности – это понятия, отражающие абстракции одного и того же процесса социального взаимодействия. Они наполняются всякий раз новым, конкретным содержанием (как сказал бы Гегель, разворачивают свое содержание) в процессе осуществления исторического, связанного со сменой поколений бытийствования человека в мире.
В этом смысле как общество определяется через индивида (предстоит ему), так и индивид определяется через общество – описывается в своих свойствах как личность. «Невозможно жить в обществе и быть свободным от него» - заметил по этому поводу известный мыслитель.
Идентичность как компонент личности имеет процессуальную природу, формируясь и развиваясь на протяжении всей жизни человека, будучи укоренной в историческом процессе. Самое жизнь проистекает в условиях длящихся исторических изменений общества («перемен»), меняющих в эволюционные периоды его структуру, а в революционные - его основания. Поэтому процессы формирования идентичности личности корректно рассматривать в контексте социально-исторических изменений, ведь именно макро-исторические трансформации приводят к возникновению новых типов и конструктов личности, новых условий, сред и типов социализации. Макро-исторические «перемены» формируют личность как единство, целостность структуры и основания человеческого бытия. На уровне психологических концептов рефлексируются ставшие свойства личности, но не динамика изменения её как социально-исторического конструкта, имеющего эпохальные масштабы.

Разные эпохи формируют различную оптику восприятия личности. В условиях трансформации общества, меняются условия социализации, возникают новые её механизмы, описываемые в гуманитарной мысли при помощи создаваемых теоретических инструментов. Социальная проблематика, на решение которой была ориентирована гуманитарная мысль эпохи развития индустриального общества, обусловила специфику парадигмального подхода к проблемам социализации личности в психологии, социологии и педагогике и других социальных науках. В концепциях личности отразился и выразился веберовский «интерес эпохи» на её изучение. Социум в 19-20 в.в. развивался в контексте формирования конкретно-исторических индустриальных систем производства человека - как состоящий из больших групп, разделенных между собой на основе общественного разделения труда индустриального типа. Это обусловило и доминирующую проблематику, на решение задач которой были ориентированы общественные институты. Основной социальной задачей эпохи была инкорпорация человека в процесс индустриального производства исторически данного на тот момент типа. По этой причине социальные науки интересовало то, как возможно включить индивида в состав одной из соответствующих больших групп и удерживать его жизненную активность в соответствии с её функциональными задачами, определенными разделением труда, в конечном итоге обеспечивая устойчивость и эффективность процесса общественного труда. Само же распределение общественного труда было ориентировано на два основных процесса общественной жизни - производственную деятельность и войну, что определяло в конечном итоге запрос на основные социальные качества всего разнообразия человеческих индивидов, на типы личности. Человеческая личность в таких условиях понималась как стандартизированный, унормированный и типизированный конструкт, как универсальное целостное образование, которое возникает в социальной практике и устойчиво существует в процессах устойчивого социального взаимодействия. Иными словами, человеческая личность, как ее понимают в эпоху индустриального общества - это взгляд на индивида со стороны общества, а еще точнее - со стороны определенного социального порядка, представленного идеологическими средствами в качестве «природных качеств человека». Эти качества сводились в конечном итоге к способностям принимать участие в производстве, потреблении, обмене и распределении. К примеру, на заре фазы «общества потребления» эти качества нашли свое выражение на концептуальном уровне в виде «пирамиды Маслоу», которая на концептуальном уровне легитимировала продвигавшийся в социальных практиках тип жизненной активности человека. Смысл бытия человеческой личности, таким образом, предлагался рассмотреть исключительно в плоскости его обусловленности социальными интересами, поэтому целостность личности видится как формируемая по правилам общества, отбрасываются на обочину внимания все проявления индивидуального бытия, которые противоречат или просто не соответствуют конкретному общественному порядку.

Поскольку в жизни общества доминирует индустриальный социальный порядок, социальным смыслом которого является производство и накопление прибавочной стоимости, то и социальное пространство теоретически мыслится как динамический одномерный континуум с одинаковыми свойствами. Универсальность процедур обмена (все меняется на все при помощи денег) позволяет говорить и о универсальных свойствах индивида, которые он может проявить в общественных взаимодействиях – для этого необходима идентичность как универсальный «код доступа» к участию в социальной жизни. В рамках такой парадигмы предполагается, что, независимо от конкретной ситуации, в которой происходит процесс социализации конкретного индивида, результаты социализации могут (а в идеале и должны) быть одинаковыми для всех – на этом принципе строится социальное регулирование. Все уникальные черты, относящиеся к конкретной персоне, выглядят в такой исследовательской оптике несущественными, случайными и, в лучшем случае, не имеющими значения. Это же относится и к уникальным чертам любого общества – будь то Китай, Россия или США, в основе социальной организации и жизни этих обществ предполагаются одни и те же рыночные факторы. Это же позволяет строить тоталитарные идеологемы перехода к гомогенному состоянию человечества в целом. При этом имевшие место быть идеологические дискуссии по поводу «лучшего» социального порядка не меняли принципа понимания личности, ведь с политической точки зрения человек должен быть устойчивой типической единицей - или «тоталитарной» или «демократической» или «традиционной», что означает опять же одномерный набор качеств индивида в политическом взаимодействии. Конкретный индивид воспринимается в такой ситуации на основе выработанного в обществе идеального образа «индивида вообще», в контексте общественного запроса на него. Этот образ воображаемого абстрактного универсального индивида в социальных практиках выступает как образцом и мерой оценки конкретного индивида (через практики нормативного оценивания в рамках различных институтов), так и основой концептуальных построений, используемых в практиках оценки и реформирования институтов социализации.

Генетически этот образ связан с представлением об идеале человека в религиях мессианского типа. В парадигме европейского прогрессизма он мыслится как единый, приемлемый для всех времен, народов и общественных условий. Более того, этот идеальный образ человека выступает предметом, который постоянно расширяется в зависимости от условий его концептуализации, поскольку каждый раз исторически новые условия социальной жизни и соответствующие им черты личности дополняют содержание онтологического представления о человеке. Наверное, именно поэтому понятие личности выступает одновременно и максимально полным, содержательно отражая исторический опыт концептуализации человека в различных социальных условиях, и максимально абстрактным, недостаточным, так как новые условия каждой исторической эпохи, каждого общества предусматривают новые черты личности. Возникает своеобразный замкнутый круг - концепт личности, который формируется в конкретных исторических социальных условиях и соответствует их специфическим запросам к индивиду, после его концептуализации должно воспринимать как идеал (жизненный указатель) для индивида, стремясь к которому последний должен менять сами социальные условия собственного бытия.
«Быть личностью» в этом смысле означает фактически быть недостаточным созданием, осознавать собственную неполноту и стремиться к ее достижению путем изменения условий собственного бытия. Личность, таким образом, означает развитие социальных свойств индивида путем разрыва указанного выше «круга социализации», выход за свои пределы к новому горизонту бытия. Такое развитие происходит как психосоциальная драма становления личности, поскольку индивид стремится (в силу действия механизмов социального контроля) найти себя и утвердить в обществе в таком качестве, которого исторически еще ему только предстоит выработать, ему приходится вырабатывать некоторый образ своего будущего. На этом основании возникает социально-психологическая проблема «отцов и детей» - «дети» вынуждены отвергать условия социализации, которые для «отцов» стали результатом того же отвержения. Родители удивляются, глядя на детей, как бы говоря: «Чего же им надо, мы же только отвергли нежелательные условия бытия? Мы изменили мир к лучшему, а дети сразу же стремятся изменить результаты нашего действия».

В обществе традиционного типа социальные институты определенным образом субординируют отношения между поколениями – старшие имеют больше материальных ресурсов, организационного влияния и культурно доминируют над младшими. В обществе модерного типа эта субординация выстраивается в процессе политико-экономической их взаимодействия, где старшее поколение доминирует, если оно является носителем необходимого для реализации конкретных задач опыта и социальных ресурсов, а младшее субординируется, если социализируется в процессах производственной деятельности. Но как быть в условиях, когда сейчас, в эпоху бурных перемен, когда возникают ресурсы нового типа, когда именно молодое поколение понимается как доминирующий носитель общественно значимых жизненных интенций, смыслов, ценностных ориентаций? Ведь для современных обществ характерно отвержение субординации между поколениями, в идеологии общественных изменений и обновления именно молодое поколение приобретает качества наиболее значимого социального субъекта. Такие общества характеризуют как «ювенальные» (молодые) или «педократические» (в которых властвуют «дети»). Вероятно, это некоторая крайность, связанная с кризисом системы воспроизводства цивилизационного характера и речь идет о упадке конкретных социальных институтов, а не о перспективе возникновения нового типа обществ. Возможно, со временем ситуация изменится на такую, где поколения гармонично взаимодействуют как самодостаточные, равноправные носители своеобразного и необходимого общественного опыта, навыков и ресурсов, как обогащающие друг друга агенты социального взаимодействия. Социальный механизм такой гармонизации – соответствующие ценностные представления, нормативные и институциональные основания еще исторически не выработаны. Однако сейчас можно согласиться с тем, что индивид социализируется в условиях своеобразной практической амбивалентности, в которых «одинаково важны» (а на деле «одинаково не важны») ценности разных поколений. Следует заметить, что в зеркале общественного мнения, в головах экспертного сообщества, это состояние отражается иначе - стремясь решить проблему неопределенности ценностной идентичности современного человека, некоторые обществоведы представляют себе, что она уже решена на той или иной основе, осталось лишь её обнаружить и предъявить должным образом. Однако эмпирическая сторона жизни раз за разом показывает, что до такого состояния обществу еще далеко – невозможно вливать «новое вино в старые меха».

Аналогичная описанной выше ситуация наблюдается и в отношении культурного разнообразия, культурной многомерности. Исторически, в условиях доминирования одного социокультурного уклада, формировалась культурная гегемония - подавление или даже отвержение норм и ценностей, которые не соответствуют господствующему культурному укладу, носителями которого были массовые субъекты ( элиты, классы, страты и т.п..). Сам этот конструкт формировался в социальной практике и представлялся в сознании человека в форме идеологии – институциализированной системы идей, легитимных в данном обществе и имеющих статус сверхценности для большинства его членов. Когда же в результате кризиса оснований общественного обустройства и причиненных этим кризисом общественных изменений культурная гегемония перестает действовать, альтернативные ценности и нормы сначала рассматриваются как их полноценный заменитель.
Так, например, экспертно-гуманитарный класс в СССР шарахнулся от идей «научного коммунизма и атеизма» к идеям «рыночного общества и теократизма».
Однако это свое-иное дня вчерашнего даже и через четверть века не дает ответа на возникшие исторически новые вызовы, что очень быстро проявляется в практике общественной жизни – проблема формирования оснований ценностной идентификации индивида в современном обществе остается актуальной.

В качестве одной из гипотез для изучения специфики социализации человека в условиях современности, в данном материале предлагается использовать авторский концепт социокультурной многомерности, согласно которого современный социум следует рассматривать как формирующийся на основе культурной многоукладности. В соответствии с этим концептом различные культурные уклады сосуществуют рядоположено, выступая основаниями формирования социализационных сред с различными социально-мировоззренческими особенностями. Индивид при этом рассматривается как активно формирующий систему идентичности в среде с качественно различными ценностно-нормативными комплексами, он социализируется в условиях культурной многоукладности и общественной идеологической амбивалентности. В современных условиях «социальный заказ» на социализацию, стал многомерным, возникли условия, при которых одномерная структура личности не то, чтобы трудно достигается, а все в большей степени становится недостижимой в принципе.

Индивид вынужден быть многомерным по факту своего взаимодействия в качественно многомерной социальной жизненной среде. Это делает социальное взаимодействие сверхсложным (более сложным, чем ранее) и вызывает естественную реакцию - стремление как-то избавиться от этой сложности, порождая в первом приближении интенцию к «предельной простоте», которую видят в образах социальных моделей идеализированного прошлого. При этом по сути ложное, конструируемое как реализация такой интенции, представление об историческом прошлом ( ушедших времен традиционализма или индустриализма) позволяет надеяться на возможность перехода к культурно одномерному обществу в результате определенного рода социальных процессов - войны или экономического индустриального возрождения.
В рамках теоретической гипотезы культурной многоукладности можно предположить, что эти процессы не становятся определяющими для формирования человеческой личности.

Кризис современных механизмов социализации заключается в том, что они концептуально уже не ориентированы на доминирование определенного культурного уклада, поколения или культурную гегемонию социальной группы, однако структурно и функционально еще несут в себе эту задачу. Поэтому общества не ориентированы на культурную многоукладность, в то время как в процессе глобализации, информатизации и повышения динамики социальных процессов идет поиск практических моделей поведения и трансформации жизненных сред в этом направлении. Соответственно отдельный человек, конкретный индивид, предстает перед вызовом - попытаться отказаться от стремления к целостности личности, ограничившись ориентацией на частичность своего участия в общественной жизни или же каким-то образом найти новую модель целостности, соответствующий множественным вызовам культурной многоукладности. Иными словами социализация личности становится более сложной задачей – она предполагает уже не только усвоение социально необходимых свойств, но и выработку персонального конструкта, соединяющего различные составляющие культурных укладов современности. Подобно тому, как в предыдущую эпоху индустриализации для эффективной социализации, полноценного участия в жизни общества, индивид был вырван из общинно-родового уклада и вынуждался становиться личностью (выбирая и осваивая профессию и т.п.), так сегодня он вынуждается становиться персоной. В современных исторических условиях социализации принцип «профессия – это судьба» не работает так, как он работал раньше. Профессия – это повод, основание, на котором формируется личностный конструкт индивида, вынужденного жить в новой исторической реальности, где нет жестких устойчивых социальных условий.

Поиск новых моделей социализации может осуществляться путем анализа типичных способов ценностной ориентации, которые возникают в условиях настоящего и предмет исторического творчества, поисков и ошибок, которые происходят в наше время. Мы исходим из возможности осуществить выделение соответствующих типичных черт процессов социализации на основе анализа мировоззренческой активности индивида - трактовки личностью тех или иных ценностей в рамках специфической их интерпретации, присущей тому или иному культурному укладу. Индивиды, формирующиеся в различных социальных средах, ориентированы в своей социализации на различные социокультурные уклады, поэтому, будут различным образом интерпретировать одни и те же ценности. Это проявляет себя в социальном поведении и особенностях персонального понимания ценностей и норм социальной жизни.

Согласно авторской гипотезы культурной многоукладности, в обществе существуют различные типы социализации в различных культурных средах, а в результате этой социализации формируются многомерные процессы социального взаимодействия, образующие социокультурные страты и общество в целом. Аналитические инструменты для изучения этих сред могут формироваться на основе использования понятия (категории) «культурный уклад». Культурные среды представляют собой исторически формирующиеся конструкты, которые характеризуются определенной композицией черт различных культурных укладов. Композиция формируется на основе активности индивидов по освоению ценностей и норм жизненной среды, в которой они социализируются, она виртуальна, здесь-и-сейчас явлена как единство деятельности и рефлексии.
Культурный уклад в этой концепции можно определить как исторически выработанный устойчивый тип порядка, организации и содержательной наполненности нормативно-ценностных конструктов. Он воплощён и выражен в материальных, духовных, организационных и символических атрибутах жизни людей, взаимодействующих в составе конкретно-исторических обществ.
В социологии культуры можно использовать это понятие как идеальный тип, дающих возможность различать конкретно-исторические конструкты жизненных сред, присущие социуму, которые различаются принципами построения, способами обмена деятельностью, материально-технологическим основанием, интерпретацией ценностей и норм, социально-исторической и пространственно-временной определенностью.

Культурные уклады обладают специфическими чертами, влияющими на способы освоения элементов культуры общества, в котором живёт индивид. Общество, нормы, ценности – всё это понимается и воспринимается различно, в разных смысловых фокусировках – несмотря на то, что объективно индивиды находятся в едином процессе общественной жизни. Различные виды социальной деятельности предполагают ориентацию индивида на тот или иной культурный уклад, однако осознание этого в жизненных практиках происходит далеко не всегда, что приводит к противоречиям во взаимопонимании и даже конфликтам.
Архаический культурный уклад
характеризуется непосредственно коллективной, внеличностной, синкретичной не выраженной в виде понятий системой ценностных оснований социального взаимодействия, выраженной в виде анимистических представлений и верований, а также отсутствием выделенных социальных механизмов нормотворчества и социального регулирования. В рамках архаического уклада факт жизни в обществе осознается индивидом синкретично, как органическая природная черта и не выделяется в качестве отдельного предмета понимания. Нормы и ценности не рефлексируются как особый предмет мышления и передаются непосредственно в акте совместного действия. Индивид, будучи участником социальных отношений здесь не мыслит себя как качественно отдельное от других существо (групповое сознание), а социальные факторы не выступают предметом осмысления в процессе социального взаимодействия. Индивид, социализирующийся в рамках такого уклада, не воспринимает общество как некоторую самобытную реальность, поскольку сам социальный порядок в его жизненной среде не обозначен как предмет отношений, а реальность общения между людьми понимается как продолжение и часть их непосредственно природного бытия.
Традиционный культурный уклад
характеризуется выделенной системой ценностных представлений, выраженной как особый компонент культуры в виде мифологических конструктов, содержащих структуру субъективного детерминирования социальных взаимодействий в абстрактно-личностной и групповой форме. Общество понимается как самобытно существующая, извечная, особая реальность – созданный внешней по отношению к человеку силой порядок отношений между людьми, «собор единства» всех людей. Смысл жизни видится в том, чтобы быть полноценной частью этого «собора» . Нормы, ценности и общественные институты понимаются здесь как категорические императивы - установленные извне и неизменные, существующие вне контекста любого взаимодействия, определяющие место человека в мире требования. Отношение к ним не предполагает критичности, они предполагают от индивида безусловного выполнения. Элементы культуры здесь ориентированы на соответствие природным процессам, а социализация индивида происходит в логике освоения практики социального взаимодействия как совместного служения внеположенным целям.
Модерный культурный уклад
характеризуется социальным взаимодействием, опосредованным совместной производственной, направленной на изменение жизненных условий, деятельностью, включающей рациональное производство общезначимых ценностных конструктов и совместное нормотворчество. Общество понимается здесь как объединяющая ситуация совместной деятельности и, в то же время, как необходимое средство, производимое самими людьми в контексте удовлетворения их потребностей а также реализации их сущностных свойств. Для этого необходимо изменять природные и общественные условия жизни – в этом видится и её смысл. Нормы и ценности, которые усваиваются в процессе социализации, сами общественные институты понимаются здесь как создаваемые в процессе совместной деятельности, с необходимостью изменчивые (развивающиеся), в конечном итоге зависящие от исторического состояния общественной практики. Нормы и образцы в рамках такого видения воспринимаются как такие, что конструируются экспертными сообществами и проходят «проверку» на соответствие интересам групп, которые, в свою очередь, формулируются в процессе общественного разделения видов деятельности. Культура с этой точки зрения критически зависима от коммуникативной сферы – компетентность и адекватность медиа формируют диалог относительно общих ценностей и норм. Отношение к ним критическое – они конструируются и изменяются исходя из необходимости решения конкретных общественных проблем. Культурная коммуникация (обмен информацией и диалог) является средством такого конструирования. Индивид понимается как находящийся в состоянии постоянного ответственного выбора по отношению к нормам и ценностям, следствием чего становится их активное приятие либо неприятие. Поэтому необходима их общественная легитимация, что предполагает особый элемент культуры - идеологию.
Коммуникативный культурный уклад
характеризуется социальным взаимодействием на основе открытой коммуникации (создания ситуативных общих пространств) в сетевой форме, отсутствием институциализированной системы ценностно-нормативного регулирования, персонифицированной самореферентностью сообществ, образуемых на основе символической самоидентификации. В отличие от принципа заданности или продуктивности, присущих традиционному и модерному укладам, социальные отношения здесь ориентированы на принцип неопределенности – как в отношении целей, так и в отношении качественно-количественных характеристик социального взаимодействия. Для ориентированного в рамках такого уклада сознания допустимо, что в одном и том же социальном действии могут присутствовать акторы с различными целями, ценностями и нормами. Культура и общество понимаются в этой оптике как условие межличностной коммуникации, его целью представляется самореализация индивида в процессе коммуникации как сетевой игры. Социальные институты видятся в рамках этого уклада как формы коммуникативных потоков, формируемых людьми, а содержанием социальной жизни как игровое взаимодействие, в котором индивиды актуализируют и реализуются себя в контексте складывающихся игр. Ценности и нормы если и возникают, то понимаются как ситуативные правила протекания игры, которые формируют и согласовывают между собой конкретные индивиды. Общие правила и нормы, социальные институты понимаются как ограничение, в лучшем случае как контекст и источник такого согласования. Устойчивые общепринятые ценности, нормы и образцы поведения здесь воспринимаются, с одной стороны, как система ограничений, а с другой как материал, на котором находящиеся в коммуникации индивиды создают всякий раз новый «рисунок игры». Элементы культуры в рамках такого уклада ориентированы на модели игры.

Культурные уклады присутствуют в каждом обществе на протяжении известной нам истории цивилизаций, они взаимосвязаны и взаимозависимы, в своём единстве они представляют конкретное исторически сформированное общество, определяют типы личности, социальные роли, характер и границы социального взаимодействия.
Культура каждого конкретного общества с этой точки зрения может быть проанализирована как уникальный ансамбль, содержащий компоненты всех четырех укладов. В каждом обществе присутствуют черты, присущие различным культурным укладам, однако в разной степени выраженности и в разной комбинации – поэтому можно идентифицировать общества как архаические, традиционные, модерные и коммуникативные.

Общество как целое на уровне жизни индивида представлено в виде конкретных жизненных сред (жизненных миров), где происходит его социализация и где он вступает в процессы социального взаимодействия. Индивиды социализируются в средах, где тот или иной культурный уклад доминирует, «прочитывая» и осваивая все общественные идеи и компоненты культуры соответствующим этому укладу образом. По этому признаку в обществе можно выделить группы, ориентированные на социальную активность в соответствии со спецификой различных укладов, поэтому они воспринимают одни и те же культурные явления и процессы в различных смыслах. Соответственно этим смыслам формируются как социальная деятельность различных индивидов объединенных в относительно устойчивые группы, так и ожидания от этой деятельности – индивидуальные и групповые. Культура в узком смысле может быть понята как массив различным образом осваиваемых элементов организации жизни общества и индивида. В процессе исторических трансформаций общества проходят разные организационные состояния – культура как бы пульсирует, переходя из системного, организованного состояния, в хаотическое и обратно. Состояния организационной целостности, в которых доминирует нормативно-ценностная система, свойственная одному укладу, можно назвать моноукладными, те же, в фазе хаотизации наблюдается равноположенность различных – многоукладными. В состоянии институциональной зрелости в обществе, как правило, доминирует один из укладов, в тот период, когда институты, сформированные с доминированием этого уклада,приходят в состояние глубокого кризиса или разрушены, культурные уклады сосуществуют рядоположенно.
Выход из институционального кризиса общества в этом смысле – это создание общественного принципа, на основе которого происходит политико-правовое, этическое и экономическое связывание этих укладов в единый системный социальный конструкт, позволяющий осуществлять социальное взаимодействие между разнородными субъектами и удовлетворять потребности людей, составляющий это общество.
Среда, в которой происходит процесс социализации конкретного индивида представляет собой процессуальное единство видов деятельности, ориентированных на различные культурные уклады, они присутствуют в ней в виде конкретного сочетания, определяет характер этой среды в отличие от других социальных сред. В обществе как целом сосуществует множество таких культурных сред и социализированные в них индивиды имеют схожие социальные характеристики, образуя ту или иную социокультурную страту.

С целью проверки изложенной выше гипотезы была выработана методика эмпирического исследования культурнотипических ориентаций личности и в 2012-15г.г было проведено два исследования среди студентов украинских ВУЗов (выборка составила 516 чел от 17 до 2 лет 1-5 курсов учебных заведений всех макрорегионов страны). [1.] При создании инструмента диагностики мы исходили из того, что любой человек не является последовательно ориентированным на один из укладов, однако в тенденции ответов он обнаруживает свою ориентированность на их определенную комбинацию, что и составляет его социализационный профиль и на основе эмпирического обобщения данных опроса возможно типологизировать эти профили. В результате первого исследования было установлено, что различение по предложенному признаку имеет место быть в практике социализации, то есть подтвержден эвристический потенциал такого подхода. Около трети опрошенных на этом этапе выявили выраженный профиль ориентации на определенный культурный уклад, образуя три ядра социализации модерного, традиционного и коммуникативного типов. Около двух третей не имеют выраженного профиля, обладая комбинированными признаками. Результаты анализа данных второй волны массового опроса по другой методике показали наличие шести кластеров, которые могут рассматриваться как эмпирически фиксированная структура процессов социализации в условиях многоукладной общества. Каждый из этих кластеров характеризуется специфической комбинацией социокультурных ориентаций и ценностно-экзистенциальных установок личности.
1
Так, к первому кластеру (19% выборки) вошли опрошенные с преобладанием модерного (12,98), коммуникативного (15,28) укладов и низкими суммарными показателями традиционного уклада (-1,42). Этот тип был обозначен как «постмодернист-модернист».
2
Второй кластер (36% выборки) составили лица с одинаково высокими суммарными показателями по всем укладами (традиционный (13,41), модерный (16,02), коммуникативный (постмодернистский) (16,94)). Этот тип обозначен как «высокоукладный».
3
Третий кластер (8% выборки) составили лица с преобладанием модерного (15,15) и традиционного (12,33) укладов а также низкими суммарными показателями коммуникативного уклада (-5,03). Это тип «традиционалист-модернист».
4
Четвертый кластер (5% выборки) объединяет лиц, не разделяющих ценности традиционного общества (-6,60) и имеющих средние показатели по модерному (1,60) и коммуникативному (3,56) укладам. Этот тип был назван как «отрицающий традиции».
5
Пятый кластер (27% выборки) объединил респондентов со средними суммарными показателями по всем укладами – «среднеукладный».
6
Шестой кластер «чистые традиционалисты» (5% выборки) составили лица с выраженными ориентация на традиционный уклад (9,26) а также низкими показателями модерного (-0,91) и коммуникативного (-0,09) укладов.
Дальнейшие исследования в данном направлении были прерваны в силу причин, не имеющих отношения к науке. На следующем этапе предполагалось исследовать социальные и психологические характеристики индивидов, относящихся к установленным типам, что создало бы возможность формирования новых исследовательских проектов и выработки практических решений в различных сферах социального взаимодействия.

Выводы.
Проведенные исследования подтвердили эвристический потенциал культурнотипического подхода в отношении исследований социализации личности и, в частности, формирования личностной идентичности в условиях культурно многоукладного общества. На основе полученного знания о специфических идентичностях подобного рода возможно выработать новые модели социокультурной политики, ориентированной на формирование механизмов общественного диалога, учитывающих различия в восприятии и интерпретации одних и тех же ценностей индивидами-носителями различных типов культурнотипической идентичности. На основе выработанного подхода могут проводиться также исследования в различного рода общностях (поселенческих, профессиональных и т.п.) на предмет выявления и устранения социальных напряжений, связанных со спецификой личностного восприятия общих ценностей. Это позволит оптимизировать как процессы социального управления, так и сплочение этих общностей вокруг общих жизненных ценностей.
~
Підпишись на наш Telegram канал чи Viber, щоб нічого не пропустити
Ссылки
1. подробнее см. Щербина В. Социализационные ориентации современной студенческой молодежи: культурно-типологический подход (укр.) – режим доступа http://problemps.kpnu.edu.ua/wp-content/uploads/sites/58/2016/12/30-64.pdf; Щербина В. Целостность личности в условиях многоукладного общества (укр.) – режим доступа http://apspp.soc.univ.kiev.ua/index.php/home/article/view/320;
Сподобалась стаття? Допоможи нам стати кращими. Даний медіа проект - не коммерційний. Із Вашою допомогою Ми зможемо розвивати його ще швидше, а динаміка появи нових Мета-Тем та авторів тільки ще більш прискориться.
Made on
Tilda